Михаил Санников на Ижкасте: Kickstarter — это не история про то, как вы опубликуете свой проект, и вас завалят деньгами

avatar Павел
Овчинников
26.11.2013, 17:42
комментировать

Наконец-то Ижкаст добрался со своим микрофоном до Михаила Санникова, победителя Kickstarter, соавтора и основателя проекта Пикселькит. Разговор получился жутко интересный: про краудфандинг, про управление кампанией на Kickstarter, про команду, про непредвиденные вещи. В общем, наслаждайтесь:

FB

Миша Санников. «Дайте денег»
Масло, холст.

Расшифровка прилагается. Сильно рекомендую именно слушать, поскольку текст публикуется с сильными сокращениями. И даже после сокращений — он огромный.

***

Павел Овчинников: Мы с Мишей сегодня вступим в яростный диалог про Lightpack, про Kickstarter и про то, как делать стартап с приходящими/уходящими людьми. Ну, в общем, все то, о чем мы всегда хотели спросить Мишу. Как, кстати, сейчас называется твоя команда? Раньше мы называли проект «Пикселькит», а сейчас?

Михаил Санников: Вообще, ты можешь продолжать называть наш проект «Пикселькит», потому что мы себя в каком-то виде так и называем. У нас нет какой-то гигантской потребности в том, чтобы как-то называться, я не знаю – названия наших юрлиц вообще ту ни о чем… ни с чем не коррелируют и не пересекаются…

Павел Овчинников: Как твое юрлицо называется – ИП Михаил Санников?

Михаил Санников: ИП скорее «бездомный и безработный болван». То есть да, нас, наверное, до сих пор называют проектом «Пикселькит», потому что это название первого нашего продукта. Это то, как мы себя именовали начиная с 2010-го года, это название, с которым родился наш магазин.

Что сейчас конкретно происходит с «Пикселькитом» — если речь конкретно о нашем магазине электронных китов, электронных конструкторов для радиолюбителей – он стоит, то есть он в каком-то там режиме работает, но мы его никак не развиваем, потому что наши усилия и все наше время целиком сжираются нашим Lightpack'ом.

Павел Овчинников: Какое-то вливание в жизнь будет?

Михаил Санников: Я надеюсь, что с начала следующего года у меня появится возможность уже серьезно расширять свою команду, уже, грубо говоря, строить свою команду, конкретно под себя, конкретно под наши проекты, под нашу специфику и магазином мы сможем заняться значительно более серьезно. Пока у нас ситуация классическая из анекдота, когда некогда точить – пилить надо. Это вопрос даже о принятии нового специалиста в команду – вопрос потратить свое время на его обучение. Я надеюсь, что в начале следующего года у нас, во всяком случае – согласно нашим планам, должно стать немного полегче, может быть наконец мы начнем спать хотя бы по 8 часов.

Павел Овчинников: Видел твое фото на Facebook недавно – ты в общем начал уже формировать поставки, отгружать Lightpack-и бэйкерам, то есть фактически ты достиг тех целей, с которыми ты выходил на Kickstarter. Для чего ты выходил на Kickstarter – для того, чтобы просто запустить какой-то бизнес, производство, или у тебя какие-то другие цели были – идеологические, философские, личные?

Михаил Санников:  Ну смотри. Я начну, наверное, по порядку. Насчет фото, которое ты видел на Facebook – да, мы действительно начали отгружать первые партии устройств. Это пока пилот, это незначительное количество – всего 50 девайсов ушло нашим самым первым бэйкерам, это люди из пледжа Flash-Like. Количество этих пледжей, самых дешевых, самых ранних пледжей, было ограничено 50 штуками. Эти устройства мы разослали, у нас сейчас, разумеется, есть некоторые проблемы по срокам, по подготовке. Тимур вот, например, прямо сейчас, пока я тут тебе раздаю интервью, сидит и делает очередной релиз софта.

В конце ноября у нас отправится еще около 300 устройств нашим бэйкерам и все остальное мы планируем закрыть в декабре. Соответственно, в русские магазины устройства попадут наверно уже только в январе, хотя может быть получится сделать это в конце декабря, точно пока ничего неизвестно.

Павел Овчинников: Ну прямо ты как Apple – когда будет в России – никто не знает.

Михаил Санников: Нет, мне кажется, Apple-то как раз значительно более четкие дают сроки – они хотя бы могут назвать квартал. У нас, например, предыдущая версия Lightpack'а нет в продаже с декабря прошлого года. То есть, скоро исполнится год, когда Lightpack-и никто не может купить. Lightpack'и, произведенные нами. Понятно, что на E-bay, где-то еще навалом непонятных устройств, кустарных, которые делаются по нашим схемам, потому что проект все равно открытый. Несмотря на все наши уговоры – никто из этих людей не меняет названия, все они называют Lightpack'и, в общем на все это очень смешно смотреть нам всегда, но тем не менее, если очень сильно хочется — Lightpack до сих пор можно сделать самому, либо его можно купить вот у таких вот непонятных людей. Ну, конечно, лучше-то всего дождаться того, что сделаем мы.

Павел Овчинников: А теперь – о целях...

Михаил Санников: Продолжаю отвечать на твой вопрос – достиг ли я тех целей, с которыми выходил на Kickstarter.

В любом случае, тут неправомерно вообще говорить о том, что что-то совершилось, например – достижение каких-то целей, хотя бы потому что мы, я конкретно и вся моя команда – мы до сих пор не закрыли свои обязательства по Kickstarter. То есть мы сейчас их только начинаем закрывать. Фактически, то что я вот сейчас разговариваю с тобой сейчас, а, например, не разговариваю с тобой в мае или в июне, когда мы закончили свою компанию, обусловлено лишь тем, что я не планировал давать вообще никаких комментариев на тему Kickstarter'а до тех пор, пока не появится в голове точного понимания того, что мы со всем разберемся и все закончим.

То есть у нас впереди еще около 6,5 тысяч устройств, обязательств перед нашими бэйкерами. Я могу сказать, что я достиг каких-то целей, которые ставились перед всей нашей длинной компанией в Kickstarter'е только в том случае, если все наши обязательства перед бэйкерами будут выполнены. А там это не вопрос просто устройств. Мы обещали им все равно чуть больше – мы обещали им больше информации о производстве, это то, что нам еще предстоит сделать. У нас там были специальные награды, когда мы обещали людям Lightpaint Tag'и сделать разные, у нас есть специальные Lightpack'и для бэйкеров, которые пожертвовали нам 300 долларов и больше — это гравировки, подписи, не знаю – то есть это специальное устройство.

Лишь после того, как все это будет разослано, лишь после того, как я смогу сделать апдейт о том, что ребята, у меня – все и в ответ не начну получать комментарии о том, что «мы найдем тебя и поломим тебе башку» — то наверное можно будет сказать, что все хорошо.

Павел Овчинников: Ну раз ты со мной говоришь – это значит, во-первых, тебе еще башку не проломили, ну и, во-вторых, что самые серьезные, принципиальные вопросы ты уже решил, тебе осталось тупо это все произвести и отправить, да?

Михаил Санников: Нам осталось не нафейлить с производством в последние моменты, потому что производство сейчас уже готово, производство уже предзапускалось. Будет еще один предварительный запуск, и в декабре мы начнем уже производить их просто какими-то невероятными, гигантскими партиями. Мы с Тимуром недавно считали, сколько мы реально в объемах этих Lightpack'ов производим – там, честно говоря, контейнерами уже все измеряется у нас, волосы на голове стали дыбом…

Павел Овчинников: Назови цифру.

Михаил Санников: У нас 6,5 тысяч устройств только по нашим бэйкерам расходится, а для того, чтобы хватило устройств на Россию, на предзаказы – нужны еще тысячи. Мы до конца декабря планируем произвести еще 10 тысяч устройств. Для нас это что-то типа… не знаю – бла-бла-бла сикстилионов долларов. Ну это условно «до хрена». Для сравнения могу сказать, что за все то время, что в российском магазине продавался Lightpack – примерно наверно года полтора – мы продали около тысячи устройств.

Павел Овчинников:  С учетом того, что вы эти устройства фактически своими руками скручивали, да?

Михаил Санников:  Нет, не своими руками все-таки скручивали. Кроме самой первой партии Lightpack'ов версии 5. Их уже паяли  профессиональные монтажницы, но вот провода, например, все кабельные конструкции – мы делали самостоятельно. Поэтому да, там приходилось какие-то ночи без сна проводить, но даже когда Lightpack'и мы продавали здесь в России – производили их все-таки уже люди, которые умеют быстро и помногу паять и довольно качественно. С этим больших проблем не было. Но, разумеется, всем соурсингом того, что касается, например заказа компонентов, коробок, наклеек, пакетов, всей вот этой лабуды — занимались мы. Сейчас, разумеется, ничем из этого мы уже просто не занимаемся – совершенно другой уровень.

Павел Овчинников:   Ладно, непосредственно о самом производство Lightpack'ов мы будем говорить как-нибудь в другом месте, в другое время, может быть в другом формате, да? Но почему Kickstarter?

Михаил Санников: Почему Kickstarter, а не «мама, дай мне денег, я хочу произвести 10 тысяч человек»?

Павел Овчинников: Или – «правительство Удмуртской Республики – помоги мне, я предприниматель»…

Михаил Санников: Или – «Сан Саныч, давай не будем строить цирк, давай будем делать Lightpack'и»...

Павел Овчинников: Мы с тобой готовились к беседе, ты крамольную фразу сказал, что «Мне в принципе Kickstarter и не нужен был». Конечно, после того, как ты собрал 0,5 миллиона долларов – ты можешь и так говорить – «Да ну мне ваш Kickstarter». Но изначально: почему Kickstarter?

Михаил Санников: Почему Kickstarter. На самом деле идея вылезти на Kickstarter родилась, как и все остальные идеи, просто из банального интереса. Если вам нужны деньги на ваш проект, то Kickstarter в наших объемах — это то, к чему стоит прибегать, хорошенько подумав прежде, взвесив все «за» и «против». Потому что, если бы реально речь шла бы только о деньгах, то правильней всего было бы найти какого-то внешнего инвестора. Это сейчас настолько не проблема, со всеми этими бесконечными стартап-марафонами. Дело даже не в том, чтобы найти какую-то компанию, соинвестора, найти… у нас даже банально в городе можно за подобными суммами найти к кому обратиться – к каким-то частным лицам. Сейчас каждый второй – венчурный фонд.

Павел Овчинников:  Но ты в итоге решил не работать с инвесторами, а решил пойти в краудфандинг.

Михаил Санников: Еще раз – вопрос у нас стоял вообще не так, вернее – для меня он стоял не так. Не в том, что нам вот сейчас нужно что-то делать или нам нужно собрать деньги – не эта была посылка. Посылка была, как всегда, у нас совершенно другая: вот есть такая интересная штука – мы обязаны ее попробовать.

Возможно, если бы у нас не получилось с Lightpack'ом, или Lightpack уже был бы к тому моменту был закрыт, мы бы вылезли на Kickstarter с чем-нибудь другим. Вопрос был именно в том, что интересно опробовать площадку, интересно понять, как это все работает, потому что в 2010 году идея  краудфандинга была реально самая впечатляющая для меня штука. После того, как я своим партнерам сказал, что давайте засунем этот проект на Kickstarter, мне ответили в том ключе, что «хотел тебе буквально то же самое минуту назад предложить». И, в общем-то, на Kickstarter мы попали именно так.

У нас не было вариантов, мы не раздумывали на тем, что «а давайте полезем на indiegogo.com, а давайте запустим этот проект на boomstarter.ru или на planeta.ru вообще». Это нас все не интересует, потому что есть Kickstarter. 

Павел Овчинников: То есть ты шел на Kickstarter не для того, что «вот сейчас мне дадут денег, я стартую бизнес, стану известным стартапщиком, меня будут приглашать…»?

Михаил Санников: Нет, это вообще какая-то суперстранная мотивация. Я не считал себя стартапщиком уже тогда, потому что на Lightpack'ах мы зарабатывали деньги уже в каком-то виде.

Просто, если объяснять вообще, что происходит – Митя Гориловский, мой партнер, пришел к нам где-то в середине прошлого года, сказал, что «ребята, я вас перетащу вообще на другой уровень». Мы что-то нашли в этом друг друга, и как-то так у нас все закрутилось и пошло, то есть Kickstarter еще сюда вписался.

Павел Овчинников: Раз ты заговорил про Митю Гориловского, то речь о Wooden Shark. Давай вот как раз по порядку о том, как вы собирались выходить на Kickstarter, с какими людьми познакомились для этого, какую роль в этом процессе сыграла компания Wooden Shark?

Михаил Санников: Да, компания Wooden Shark – это действительно настоящая американская компания, где генеральным директором является как раз Митя Гориловский. Компания была зарегистрирована им для ведения всей этой деятельности на территории США.  И, соответственно, все вот эти наши аккаунты для Kickstarter'а валидные – они были получены для этой компании как раз. Именно поэтому у нас, например, несмотря на то, что на Kickstarter'е в нашем проекте Project Location стоит Ижевск, Россия, в описании указана компания Wooden Shark, указан ее сайт, указаны люди, которые там работают, то есть это Митя Гориловский, это Ольга Перова, я указан там как Product Manager.

Павел Овчинников: Какая команда тебе понадобилась для компании на Kickstarter'е? Речь не о том, что просто нужно уметь правильно красиво делать вещи, нужно ведь уметь об этом рассказывать, в том числе и на английском языке, делать какую-то инфографику, придумывать 146% open source, отвечать на вопросы и прочее. Вот какие люди тебе для этого понадобились, сколько их, кто они?

Михаил Санников: Мы до сих пор являемся крайне компактной командой. Если говорить конкретно про Lightpack, то это до сих пор army of two – я и Тимур. Два человека, которые работают на Lightpack в режиме 24/7.

Павел Овчинников:  Вы занимаетесь конкретно продуктом – то, что происходит внутри, его видением и прочее, да?

Михаил Санников: Да, разумеется. Мы многостаночники оба. Мы можем крайне широкий круг задач решать, и у нас есть для этого опыт. Разумеется, на заднем плане стоит вопрос, насколько это выгодно. Насколько целесообразно, например, мне заниматься community-менеджментом, когда бы я мог какое-то время потратить на производство. Но для выхода на Kickstarter разумеется вдвоем мы бы сделать ничего не смогли.
Разумеется, всей подготовкой к Kickstarter'у занимался я, занимался Тимур, в первую очередь. У нас всегда была и есть куча фрилансеров, которые на нас работают. Это люди, которых действительно можно дернуть в любое время дня и ночи, сказать, что «все пропало – нам нужно срочно», «нам нужно срочно нарисовать вот это, нам нужно срочно сверстать вот это». И они помогут. Это, разумеется, и люди про верстку, про web-программирование, у нас есть desktop'ные программисты, которые в ужасной ситуации нас могут выручить, у нас есть потрясающая девчонка-иллюстратор, с которой я люблю работать, несмотря на то, что она без такого фрилансового опыта, но мне действительно нравится, как она рисует.

Павел Овчинников: Это все люди – твои личные знакомые, или они пришли из вашего комьюнити?

Михаил Санников: Даже если это люди, которые пришли из комьюнити – они мои в каком-то виде уже знакомые. Потому что мы хорошо друг друга знаем. Из комьюнити пришли, пожалуй, только desktop'ные программисты, остальные – нет. Все, что касается верстальщиков, дизайнеров – это все какие-то мои местные знакомые.

Павел Овчинников:   То есть тебя выручил реальный круг общения твой, да?

Михаил Санников: Можно сказать наверно и так, да – меня выручил мой круг общения, хотя знакомых и друзей у меня не очень много, во всяком случае – не так много, как хотелось бы.

Банально для того, чтобы получить валидный аккаунт нам был нужен собственный человек в США с валидным номером телефона, с валидным номером социального страхования, нужен подтвержденный аккаунт на Amazon Payments. А там вообще – особенный цирк. Это компания, которая общается со всеми только факсами, для России это что-то просто совершенно безумное.

После того, как мы приняли решение выходить на Kickstarter, и где-то к тому моменту, когда у меня было готово 90 % контента,  я просто позвонил Мите и сказал, что тянуть дальше нельзя, мне нужен валидный аккаунт – и он у меня появился через 2 недели. Да, для этого пришлось проделать огромную работу Мите, и про это лучше наверное спросить у него. Да, конечно, нам пришлось значительно поработать, плюс у Мити невероятное количество связей. Это опять-таки касается производства в Китае или чего-то там такого, в чем у нас нет экспертизы. Митя, например, нам для всей компании на Kickstarter'е подкинул контакт потрясающей просто девчонки, которая вообще не давала нам расслабляться, даже в том случае, когда я бы с радостью уже все бросил, плюнул на все в эти 4 часа утра.

Павел Овчинников: Чем девчонка занимается?

Михаил Санников: В первую очередь это, конечно, был пиар.

Но понимаешь в чем дело – на Kickstarter'е есть такая крайне сложная штуковина, как языковой барьер вообще со всеми. Мало того, что тебе нужно писать на английском, так, чтобы это понимали носители языка — тебе нужно писать на английском, так, чтобы это понимали те, кто английский знает так же плохо, как ты. Поэтому все апдейты писал и пишу до сих пор я, но переводит их всегда отдельный человек.

По переводчикам, конечно, там отдельная история – там больше 2-х, больше 3-х даже человек в разное время этим занималось, потому что часто случались ситуации, когда нужно срочно что-то опубликовать, и человек нужен всегда на кончиках пальцев, всегда нужно, чтобы он находился в Skype, где-то онлайн. И, разумеется, у меня есть пул таких людей, которым я – «А, срочно напиши вот это, помоги мне вот с этим».  Поэтому вот — Наташа Андреева очень сильно нас тогда мотивировала и занималась Facebook, занималась Twitter, занималась кучей всяких активностей, занималась местной прессой, занималась частично прессой иностранной. Но с прессой мы работали не так плотно, как должны были бы работать.

Павел Овчинников:  Вы, кстати, несмотря на то, что плотно с ними не работали – неплохую прессу собрали, учитывая публикации на Engadget.com, на Ижайти…

Михаил Санников: Ижайти, конечно, в первую очередь. Ну Engadget.com – да, я не буду рассказывать про эту публикацию, потому что я мало знаю о том, как именно там все произошло. Но вообще вся кампания, весь планируемый ее ход крайне быстро вышел из под контроля. 260 тысяч долларов – это безумная сумма для русского проекта, невероятно амбициозная. Мы поняли это лишь тогда, когда вот посыпались первые деньги.

Причем первые деньги посыпались крайне странным образом. В час Х какой-то  после того, как уже проект был проверен, его нужно было только запустить, я нажал на большую зеленую кнопку, проект опубликовался, я выдохнул – тут же позвонил Мите для того, чтобы сказать «Митя, я тут все опубликовал, приступаем». Митя взял трубку, мы с ним поздоровались и я только начал говорить о том, что я все опубликовал, он сказал, что «Подожди, тут что-то пришло от Kickstarter-а». «О», говорит – «Первый пледж упал», я говорю – «Как так?» — «Ну», говорит, «не знаю, первое письмо пришло». Я говорю – «Митя, а кто бы мог запледжить наш проект, если еще 40 секунд не прошло с того момента, как я его опубликовал, и первый человек, которому я о нем рассказываю, еще об этом не узнал?». – «Ну, не знаю». Пока мы с ним это обсуждали – еще 3 пледжа упало, это как раз самый дешевый был наш пледж за 50 долларов.

Вообще ,этот уровень наград я ввел для того, чтобы набрать некую сумму, просто чтобы этот проект не стыдно было распространять. Поэтому мы поставили довольно низкие цены, и поставили ограничение всего в 50 устройств. За предыдущий год у меня накопилось что-то около 1800 e-mail-ов. То есть мой план был – запустить проект, разослать письма по 1800 адресам  и, возможно, выбрать этот пледж. Таким образом получить 2,5 тысячи долларов, и уже с этим вроде как можно эту ссылку на проект показывать все остальным с уже каким-то стартовым капиталом, не стыдным.

Проблема в том, что вся квота по этому пледжу, была выбрана задолго до того, как я успел сделать рассылку. Это к вопросу о том, насколько все сразу же пошло не по плану и насколько все быстро вышло из-под контроля.

То же самое было про Россию: я не планировал распространять эту ссылку до следующего дня, через хотя бы даже свои контактики, я не думал, что кто-то из русских об этом узнает. Думал, сделаю это на следующий день, когда там уже побесятся более-менее. В итоге единственное, что я уже успевал делать – это только репосты сообщений о том, что «вон тут чуваки собрали уже 80 тысяч долларов, и пока вы писали этот комментарий – они собрали еще 10 тысяч». Буквально со старта вся наша маркетинговая активность вышла из-под контроля, и первые 2 дня у нас прошли крайне тяжело в плане того, что очень долго пытались договориться и выстроить какую-то единую линию того, как мы будем отвечать нашим бэйкерам на часто задаваемые вопросы.

Павел Овчинников: Давай как раз поговорим о том, как сильно менялся Lightpack по мере роста интереса к нему на Kickstarter-е, роста интереса к нему на других площадках и т.д., от гиков всего мира. Сильно он менялся вообще, сам оп себе проект, как вы справлялись с этими изменениями, как вы их вносили?

Михаил Санников: Я вообще из тех product-менеджеров, которые считают, что определять, что нужно пользователю – это не дело самого пользователя. Ни в коем случае. Ты должен объяснять пользователю, что ему нужно, то есть это твоя задача.

Павел Овчинников:   То есть те фичи, которые вы выкладывали по мере развития событий – они в общем-то были тобой запланированы?

Михаил Санников: Нет, совершенно нет. Это не про непоследовательность, это про то…

Павел Овчинников:  Про то, что все пошло не по плану?

Михаил Санников:  И даже это не про то, что все пошло не по плану, это про то, что мы все-таки живем на разных планетах совершенно – США с Европой, с кем угодно. Потому что, например, в описании проекта сразу было указано, что «Ребята, наши устройства вы можете поставить на телик, диагональ его до 50 дюймов». Ну, и первый же вопрос, конечно же, который нам задали – «сколько Lightpack-ов мне нужно купить у вас, чтобы облепить ими телевизор 120 дюймов?»

Что на такой вопрос нужно было ответить? Не знаю. Когда полтора или год, не знаю, продавал Lightpack'и в России – 2 раза за все это время к нам поступил вопрос на тему того – «Ребята, не хотите ли вы сделать таким образом, чтобы 2 Lightpack-а одновременно могли работать с одним экземпляром софта?».

Павел Овчинников: Вы в общем не учли просто размер гостиных, среднестатистических гостиных в домах США и других государств?

Михаил Санников:  Возможно. То есть мы совершенно не предполагали, что это кому-то может быть интересно настолько. Это вопросы сыпались и сыпались, нам пришлось добавить ответ на этот вопрос в FAQ. Разумеется, так как Митя хороший продавец, а я – хороший отшиватель пользователей, у нас частенько случалось такое, что на вопрос – «А работает ли у вас это?» — Митя отвечал – «Да, работает». При этом ни Митя, ни я, ни кто-либо еще не понимал, может ли это вообще технически хотя бы быть реализуемо.

Разумеется, после того, как этот вопрос мы добавили в FAQ, я позвонил тут же Тимуру и сказал, что «Хватит спать, приезжай, у нас тут есть новая интересная задача, нам нужно провести некоторые исследования к вопросу о том, как будут два Lightpack'а работать на одном компе?»

Есть несмотря на все наши обещания по поводу добавления каких-то фич в девайс по ходу компании, у нас все осталось довольно косистентно, на сегодняшний день никаких невыполнимых обещаний и обязательств по фичам у нас нет. То есть и Lightpack'и через неделю заработали и парами и тройками и пятерками, и режимы захвата в софте изменись. Может быть, что-то у нас там еще не сделано, но мы все проверили – все это реально.

Павел Овчинников:  Работу с Ouya тоже попросили пользователи Kickstarter'а, или как-то по-другому вы с ним познакомились?

Михаил Санников:  Работу с  Ouya – да. На самом деле, на тот момент Ouya была довольно ажиотажна, они вот-вот готовились к распространению, после 8 месяцев задержки. Все от нее ждали крайне многого, разумеется, мы тут же написали этим ребятам, сказали, что «Слушайте, ребята, вот раз вы на Android – пришлите нам консоль, мы можем это все дело как-то запустить вместе».

К тому моменту у нас был готов в каком-то виде прототип захвата, прототип приложения для Android, и несмотря на то, что я был уверен, что ничего там не получится, прототип показал как раз обратное. И Ouya  для нас тогда оказалась крайне удобным инструментом демонстрации. Да, можно было все продемонстрировать на этих китайских HDMI-стиках, и у нас первая демка была именно с ним, потому что Ouya тогда к нам не пришла, но когда ты показываешь, что вот Lightpack и Ouya – как бы ты даешь понять людям не только то, что это работает вот с этой консолью, но еще это работает с Android.

Павел Овчинников: То есть не разработчики к вам пришли и сказали – какая клеевая у вас штука, а именно это посыл аудитории?

Михаил Санников: Это посыл… Да, это был посыл наверно аудитории, который мы услышали сразу же после того, как заикнулись про Android. Проект изменялся. Он изменялся скорее не столько под давлением пользователей, типа делайте или проваливайте, а скорее из-за количества этих обращений.

Павел Овчинников: В общем, по логике вещей, на концептуальном уровне Lightpack как-то серьезно не изменился.

Михаил Санников: Под какие-то фичи и реквесты мы действительно подписались. Они не какие-то принципиальные, они не какие-то невероятные, вот наверное как раз Multi Pack – это работа нескольких устройств одновременно. Самый необычный и яркий пример того, что произошло, потому что подружить Lightpack с каким-то там Media Tank или с каким-то там Raspberry Pie очередным – это не большая проблема.

Павел Овчинников: Такая гиковская вещь… Или это просто специфика аудитории Kickstarter'а, где такие вещи любят?

Михаил Санников: Нет, насчет аудитории Kickstarter'а – там отдельный вопрос. Я не думаю, что на Kickstarter'е какие-то дичайшие гики сидят. И опять-таки – что такое человек, который сидит на Kickstarter'е – это вот твой органический трафик. Это тот человек, который заходит на Kickstarter для того, чтобы «Эх, дайте мне еще что-нибудь поддержать, куда-то отдать мои доллары, показать какие-то более интересные проекты»…

Павел Овчинников: Shut up and take my money!

Михаил Санников: Да. Когда у тебя проходит компания на Kickstarter'е – к ней нужно готовиться заранее. Желательно перед ней провести 3 дня вообще в какой-то полной депривации и отдохнуть хорошенько от всего. Потому что компания на Kickstarter'е – это миллион бессонных ночей.

Павел Овчинников: Поехали дальше. Что бывает с компанией на Kickstarter'е, когда компания на Kickstarter'е заканчивается? Вот вы собрали деньги, дальше что?

Михаил Санников: Ну что, собрали деньги, кладешь в один чан, и с трамплина купаешься в них.

Если кто-то еще думает, что Lightpack – это проект на полмиллиона долларов, то я вынужден сказать, что Lightpack – это проект на… скорее на минус полмиллиона долларов. Честно говоря, я не знаю, что бы мы делали в случае, если бы мы собрали target – нам пришлось бы затянуть пояса, мы бы точно не выплачивали себе никакую зарплату.

Павел Овчинников: То есть получается, что вы в общем-то немного ошиблись с оценкой собственных возможностей?

Михаил Санников: Тут скорее не оценка собственных возможностей.  Проект у нас просчитан хорошо, как ни странно. Но несмотря на то, что статьи затрат у нас сильно перебились, мы уже рассказывали, куда и сколько мы планируем потратить – на удивление, мы ровно столько, ровно туда и тратим. Это совершенно точно не вопрос моих компетенций, это скорее вопрос тупого везения, но пока мы где-то там находимся в рамках, вроде пока у нас в этом плане все хорошо.

Павел Овчинников: Ладно, расскажи о своих планах – вообще, что из себя, наверное, будет представлять Lightpack как… не знаю – может быть как бизнес? Как проект – понятно, там будет все хорошо, а вот как бизнес – какое настоящее, какое будущее, будешь ли ты как-то развивать его дальше, или передашь какой-то команде и будешь что-нибудь дальше придумывать новое?

Михаил Санников: Я потихоньку уже схожу с ума от этого проекта, просто потому, что голова моя занята им крайне длительное количество времени, и занята им постоянно. У нас, разумеется, еще есть планы по Lightpack'у, то есть конкретно в моей голове то время, которое я еще участвую в этом проекте – я в нем 1,5 года минимум.

Что будет дальше, я не знаю. У нас полно идей, у нас полно проектов, которые мы можем запускать, которые нам бы хотелось запускать, которые было бы интересно запускать, которые я бы хотел разработать здесь в Ижевске, с какими-нибудь ижевскими спецами, совместно, не совместно там – не важно. Я надеюсь, что с начала следующего года у нас начнет появляться на это время, чтобы как-то худо-бедно этим заняться всем.

Что касается Lightpack'а – это сейчас у нас онлайн-дистрибуция, которая никуда не пропала, мы остаемся в онлайне, в любом случае. Каким-то ритейлом я заниматься, во всяком случае – пока, не хотел бы, потому что ритейл для нас – это…

Павел Овчинников: Другая история совершенно.

Михиал Санников: Это мало того, что совершенно другая история – ни у кого из нашей команды нет реально хорошего опыта работы с ритейлом. Мы догадываемся, как это делается, более того – у Мити, разумеется, есть какие-то люди, которые хорошо в это разбираются. Но они стоят невероятных денег. Нужно устройство для ритейла как-то адаптировать, оно должно быть немножечко другим.

Павел Овчинников: Понятно, потому что он должен выглядеть как-то на полке. Это другая философия. Мерчендайз и другая логистика, все такое.

Михаил Санников: Это то, что ты можешь положить там, не знаю – между стиральными машинами и телевизорами…

И все там совершенно по-другому. И для нас ритейл – это не история про то, как прийти к своему знакомому, владельцу ижевской сети каких-то компьютерных магазинов и сказать – «А давай Lightpack будем продавать у тебя» — нет. Для нас слово «ритейл» — это «бест бай».

Павел Овчинников: Я думаю что давай заканчивать. Спасибо, что пришел.

Михаил Санников: Спасибо, что пригласил.

Павел Овчинников: Если у тебя есть что напоследок сказать, какой-нибудь месседж читателям, слушателям – давай, у тебя есть минута.

Михаил Санников: Не знаю насчет месседжа – самое главное, что вам нужно знать про Kickstarter и вообще про краудфандинг в Интернете — ребята, блин, это не панацея, это не история про то, как вы опубликуете свой проект, и вас завалят деньгами. Нет, этого не будет, забудьте. Мало того, что вся эта фигня должна быть сопряжена с очень тяжелой работой – она еще и сопряжена с везением, как бы глупо это не звучало.

***

Не скупитесь на ретвиты ↓
  • Антон

    Миша, то что ты (когда-то в одной организации работали, на ты перешли) сделал, это реально круто.

    Я даже не про сам девайс — лично мне он неинтересен.

    Я про success story. Ведь по сути, проект анализа, поиска инвестиций и пробного запуска завершен — и завершен успешно. Далее проект переходит на другой уровень, промышленных продаж.

    Идей у людей полно, но идеи без реализации — мертвы.

    Интересно — как вообще к этому пришел. Рождение идеи, твое «мировосприятие» при этом. Чего ты хотел?

    Удача выбирает достойных :) Раз улыбнулась — значит, достоин :)

    Пользуясь случаем, хочу поздравить со свадьбой, которая, насколько я понял, состоялась недавно.

    Антон.

    • http://atarity.ru/ Mikhail Sannikov

      Спасибо! А что касается идеи: я много раз писал и говорил о том, что она не моя. Просто когда я впервые увидел концепт, то был глубоко расстроен способом подачи и тем, что идею с отличным потенциалом кто-то бросил в зачаточном состоянии на этапе proof of concept. Видение будущего продукта пришло за ночь. Потом пришлось надавить на автора.) За пол года мы вместе превратили этот новый концепт во что-то пожее на продукт. Первый релиз был летом 2011. Но по ощущениям с тех пор прошла вечность.

      • Rashid80

        Раньше говорили «Сдал СопраМат — можно жениться», а теперь «Сделал ЛайтПак — можно жениться» ;)

  • Ivan Klabukov

    Отличное интервью! Послушал с большим удовольствием. Много интересного. Спасибо!

  • Андрей

    Обосрались на кикстартере, народ уже не доволен и требует вернуть деньги, не можете 10 минут уделить на текстовый апдейт который должен выходить стабильно каждые 2 недели.

    • Oleg Vylegzhanin

      Детали плиз. Детали важны.

      • Андрей

        Какие детали ???

    • izhit

      Простите, но комментарий достойный школьника, склонного к максимализму. Как пошел негатив, связанный с объективными причинами, так сразу обосрались. Как иначе-то?

Get Cloud PHP Hosting on CatN